Число молочных предприятий в России сократилось на 26,4% на фоне консолидации отрасли

Российское скотоводство проходит через консолидацию: отдача от новых вложений сужается, а сильнее всего сократилось число действующих предприятий в молочном сегменте, сообщает отраслевое издание meatinfo.ru.

По данным издания, количество предприятий молочного сегмента снизилось на 26,4% к периоду сравнения, приведённому в его материале, и одновременно упала рентабельность. Сочетание трёх факторов — меньше производителей, тоньше маржа, активнее сделки по слияниям и поглощениям — подаётся как структурный сдвиг, а не короткий циклический спад.

Ушла четверть молочных предприятий

Сокращение более чем на четверть — тяжёлое изменение для бизнеса, построенного на активах, которые нельзя быстро перепрофилировать. У коровников, доильных залов и холодильного оборудования почти нет альтернативного применения, а стадо нужно кормить, доить и обслуживать ежедневно независимо от цены на сырое молоко. Поэтому выход из бизнеса здесь редко бывает постепенным: хозяйство, прекратившее доить, обычно продаёт стадо или отправляет его на убой, а не консервирует мощности в ожидании роста цен.

Меньше предприятий — не значит автоматически меньше молока. Консолидация обычно переносит объёмы в меньшее число более крупных площадок, и уход мелких хозяйств убирает из отрасли заметно меньше производства, чем следует из их доли в числе предприятий. Причиной выхода из бизнеса meatinfo.ru называет рентабельность, но данных по производству вместе с цифрой в 26,4% не приводит, поэтому отделить концентрацию от реального сжатия по материалу невозможно.

Инвестиционное окно

Молочное животноводство — один из самых капиталоёмких сегментов в отрасли. Новый комплекс выходит на проектную мощность годами, а его окупаемость зависит от разницы между ценой сырого молока и суммарными затратами на корма, энергию, оплату труда и обслуживание долга. Когда эта разница сужается, реакция идёт в предсказуемом порядке: сначала откладываются проекты, существующие пока на бумаге, затем переносятся вложения в обновление действующих площадок, и только потом сокращается поголовье и закрываются предприятия. Последовательность, описанная meatinfo.ru, — снижение рентабельности, падение числа предприятий, рост числа сделок — совпадает с этим порядком.

M&A как механизм адаптации

Когда доходность нового строительства опускается ниже стоимости капитала, покупка действующих мощностей становится более дешёвым способом роста. Работающий комплекс достаётся покупателю вместе с дойным стадом, разрешительной документацией, обученным персоналом, кормовой базой и контрактом с переработчиком — ничего этого у проекта с нуля в первый день нет. Для покупателей с прочным балансом период слабой маржи — самая дешёвая точка входа в отрасль. Для продавцов под долговой нагрузкой продажа бизнеса часто остаётся единственным способом получить деньги за активы, которые иначе пришлось бы списывать. Именно этот обмен обычно и стоит за ростом M&A на фоне сокращения числа предприятий.

Что это значит для рынка

• Переработчики работают с более узким кругом поставщиков сырого молока, и переговорная сила в закупках смещается к крупным холдингам-покупателям.
• Поставщикам оборудования, генетики и кормов стоит рассчитывать на смещение спроса из нового строительства в модернизацию и доукомплектование купленных площадок.
• У банков кредитный портфель концентрируется в меньшем числе заёмщиков, каждый из которых даёт большую долю национального производства.
• Влияние на торговлю зависит от того, сохранит ли консолидация валовой надой; данных по производству, ценам и импорту, на которых можно строить такую оценку, в материале нет.

Для оценки масштаба сдвига важны и пробелы в опубликованных данных. meatinfo.ru не приводит абсолютное число предприятий, длину периода, за который зафиксировано падение на 26,4%, уровень рентабельности, а также сумму и количество сделок, стоящих за ростом M&A. Пока этих цифр нет, направление изменений в российском скотоводстве понятно, а их масштаб — нет.