Война в Иране толкает мировые цены на продовольствие к трёхлетнему максимуму, ФАО предупреждает о дальнейшем росте
Мировые цены на продовольствие взлетели до максимума за три года, поскольку конфликт в Иране нарушает потоки энергоносителей, грузоперевозок и удобрений через Ормузский пролив. ФАО предупреждает, что дальнейший рост вероятен при продолжении войны, в то время как фьючерсы на сою выросли на фоне возобновившегося спроса со стороны Китая и роста цен на нефть.
Аграрные рынки переживают второй энергетический шок
Мировые цены на продовольствие поднялись до максимального уровня за три года, сообщает Bloomberg, поскольку война, начавшаяся 28 февраля после ударов США и Израиля по Ирану, продолжает нарушать стоимость энергоносителей, удобрений и морских перевозок. S&P Global сообщило, что в марте цены на продовольствие выросли по всей потребительской корзине на фоне того, что агентство назвало энергетическими потрясениями на Ближнем Востоке, а Reuters со ссылкой на Продовольственную и сельскохозяйственную организацию ООН (ФАО) сообщило о предупреждении, что рост продолжится, если война затянется.
Индекс S&P GSCI Agriculture, отслеживающий спотовые цены по всему аграрному комплексу, вырос примерно на 4,1% с начала конфликта — с 345.47 на 27 февраля до 368.83 на 27 марта, сообщает A News. За этот период пшеница подорожала на 2,3%, кукуруза — на 4,1%, рис — на 3,2% за бушель, тогда как соя подешевела на 0,3%. Сахар подскочил на 13,7%, хлопок — на 7,3%, кофе — на 6% за фунт, а какао подешевело на 11,9% за тонну, отмечает издание.
Соя идёт против тренда на фоне спроса со стороны Китая
Отдельно фьючерсы на сою поднялись выше $11.9 за бушель, продолжив ралли до семинедельного максимума, сообщает Hellenic Shipping News. Рост поддержали возобновившийся спрос Китая на поставки из США и повышение цен на нефть после новой волны ударов США по Ирану, последовавшей за более ранними атаками на суда, проходящие через Ормузский пролив, что усилило опасения по поводу дальнейших перебоев в поставках энергоносителей.
Торговля удобрениями через Ормузский пролив под угрозой
Аналитики заявили агентству Anadolu, как сообщает A News, что Ормузский пролив находится в центре мировой торговли удобрениями, что усиливает влияние войны на продовольственные поставки. Рахми Индженкара из стамбульского университета Bahcesehir заявил, что через пролив проходит около 39% мировых удобрений, при этом на Катар, Иран, Объединённые Арабские Эмираты, Саудовскую Аравию и Бахрейн приходится почти половина мирового экспорта карбамида. По его словам, этим маршрутом также перевозится около 20% диаммонийфосфата, 10% моноаммонийфосфата, 25% аммиака и 30% поставок серы, а перебои уже сократили мировые поставки азотных удобрений на 38% и фосфатных — на 20%. Индженкара добавил, что Австралия, получающая более 60% карбамида с Ближнего Востока, может столкнуться с истощением запасов к середине апреля.
Кенан Асланлы из университета Анкара Йылдырым Беязыт заявил, что фактическое закрытие пролива и удары по региональной энергетической инфраструктуре практически остановили поставки нефти, СПГ, удобрений и металлов из Персидского залива, отметив непропорционально большую роль стран Залива в производстве азотных удобрений, серы, алюминия, гелия и брома. Каан Деведжиоглу из анкарского Центра ближневосточных стратегических исследований заявил, что рост страховых премий для танкеров и стоимости фрахта также давит на контейнерные перевозки, при этом рост цен на удобрения и топливо сильнее всего бьёт по странам Африки и Южной Азии, зависимым от импорта.
Профессор предупреждает: шок «второй волны» ещё впереди
- Зеки Байрамоглу из университета Сельчук заявил, что мировые продовольственные индексы ещё не полностью отразили влияние войны, назвав текущую ситуацию основой для «шока цен на продовольствие второй волны», а не полноценным скачком.
- По его словам, наиболее резкая реакция цен пока наблюдается на рынке удобрений, и сохраняющееся отсутствие альтернативных торговых маршрутов окажет давление на всю цепочку — удобрения, корма, зерновые, растительные масла и животный белок.
- Деведжиоглу отметил, что первый месяц войны принёс ограниченные, но высокорисковые последствия, предупредив, что эффект «может стать экспоненциально разрушительным», если конфликт затянется.