Турция: импортный абрикос смешивают с малатийским и вывозят через свободные зоны как «Малатья»

Абрикосы, ввезённые из Узбекистана и Ирана примерно по $2, смешивают с малатийскими и отгружают из турецких свободных зон как «малатийские абрикосы» по $8-10. Об этом изданию Aydınlık заявил Юнус Кылынч, глава координационного совета сельскохозяйственных палат провинции Малатья и глава сельхозпалаты Языхана.

По словам Кылынча, Турция занимает первое место в мире по производству абрикоса с объёмом 750 тыс. тонн, основная часть которого выращивается в Малатье и её окрестностях — название провинции фактически стало торговой маркой культуры. Схема, отметил он, работает через свободные зоны Измира и Мерсина, куда экспортёры могут завозить иностранное сырьё и отправлять его дальше в третьи страны.

Как устроена цепочка реэкспорта

«Закупленный за рубежом товар они экспортируют в другие страны через Турцию, — сказал Кылынч Aydınlık. — Экспортёр может завезти абрикос извне в свободные зоны Измира и Мерсина. Поступивший в Турцию абрикос смешивают с малатийским, и он получает эмблему малатийского абрикоса».

Он рассказал, что задавал вопрос министру сельского хозяйства и получил ответ, что импорта нет, тогда как Министерство торговли, по его оценке, «работает целиком в интересах экспортёра». Aydınlık приводит закупочную цену импортного сырья $2 против экспортной цены $8-10 за смешанные партии; в заголовке издания фигурирует уровень $10.

Разница в качестве и падение отгрузок

Кылынч описал разницу между двумя видами сырья в технологических терминах. У малатийского абрикоса, по его словам, высокие ароматика и сахаристость, тогда как альтернативные сорта кислее; местные непривитые плоды сопоставимого свойства идут только на компот. Наиболее показателен для переработчика выход сушки — сколько свежего плода нужно на килограмм готовой кураги.

• Малатийское сырьё: из 4 кг свежего абрикоса получается 1 кг сушёного, по данным Кылынча
• Узбекское сырьё: на 1 кг сушёного требуется 8 кг свежего
• Экспорт в августе: 3 тыс. тонн в этом году против 9 тыс. тонн в том же месяце годом ранее

По словам Кылынча, европейские покупатели распознали подмену и сокращают закупки. «Европа теперь воздерживается от покупки абрикоса. Они поняли и говорят: „Это узбекский абрикос!“ Уронив качество, мы потеряли и рынок», — заявил он, добавив, что производитель лишился не выручки одного сезона, а самого канала сбыта.

Узкое место — хранение

Нереализованный товар остаётся у аграриев, а лицензированных мощностей хранения в Малатье, по словам Кылынча, категорически не хватает. В провинции работает один лицензированный склад на 6 тыс. тонн при урожае кураги в 67 тыс. тонн в этом году — то есть разместить можно около десятой части.

Склад передан товарной бирже, отметил он, и задался вопросом, примет ли биржа партии фермеров, пока на площадке лежит товар экспортёров. В качестве повода для отказа, по его словам, ссылались на высокую влажность, и аграрии перестали возить продукцию. «Сначала должен закончиться завезённый извне абрикос, и только потом дойдёт очередь до малатийского», — сказал Кылынч.

Себестоимость и доступ к рынкам

Кылынч связал ситуацию с экономикой производства, указав, что в первую очередь должны снизиться цены на солярку и удобрения. Он привёл цифры: аграрий покупает солярку по 90 лир, удобрения — по 2500 лир. Рост затрат и влияние войны на себестоимость преодолимы, считает он, но проблему сбыта без участия государства не решить.

Под тем же давлением находятся производители овощей и фруктов: экспорт остановился, продукция, которая раньше шла в Россию и ряд других стран, туда больше не поступает, а томаты отдают прямо с поля по 2-3 лиры. Министерство ввело планирование по 13 культурам, и Кылынч считает, что фрукты и овощи нужно включить в этот список, а объёмы производства привязать к реальным возможностям сбыта. Обсуждавшийся закон об оптовых рынках так и не был принят, отметил он.