Иранский риал слабеет: доллар превысил 266 000 томанов, евро — 300 000

Иностранные валюты преодолели новые отметки

При открытии торгов на свободном рынке Ирана в субботу, 11 мехра, доллар США впервые превысил 266 000 томанов, а евро поднялся выше 300 000 томанов, сообщил Iran International. Золото и иранские золотые монеты также подорожали. Это продолжило широкий переход населения и бизнеса в активы, которыми обычно защищают покупательную способность при ослаблении риала.

Новые уровни становятся ориентиром для иранских импортеров, оптовых компаний и производителей, которым необходима иностранная валюта. Непосредственные последствия зависят от того, получает ли компания валюту по официальному механизму распределения или покупает ее на свободном рынке. Во втором случае стоимость каждой единицы импортного товара, комплектующих и сырья в риалах растет.

В сообщении не приводятся процентное изменение, предыдущий курс закрытия или объем торгов. Это затрудняет прямое сравнение с прошлыми сессиями, однако преодоление долларом отметки 266 000 томанов, а евро — 300 000 уже влияет на ценообразование. При быстрых курсовых колебаниях поставщики могут сокращать срок действия предложений, требовать предоплату или закладывать больший валютный запас.

Поставки лекарств показывают масштаб импортной зависимости

Ослабление риала происходит на фоне дефицита и резкого роста цен в иранском здравоохранении. Iran International сообщал, что пациенты сокращают прием лекарств из-за их нехватки или дороговизны. По словам граждан, при отсутствии назначенных специализированных препаратов некоторые аптеки предлагали растительные средства или методы так называемой традиционной медицины.

Рассказы пациентов и предупреждения отраслевых фармацевтических организаций указывают, что цены на отдельные лекарства за последние месяцы выросли до 400%, пишет издание. Представитель парламентской комиссии по здравоохранению Салман Эсхаки заявил, что пациенты теперь оплачивают из своего кармана более 80% расходов на лечение. Он также предостерег от отмены льготного валютного курса для лекарств и сырья, используемого при выпуске медицинского оборудования.

Эсхаки поставил вопрос о том, почему Иран не импортирует лекарства из России и Китая с учетом отношений с обеими странами. Он также раскритиковал выделение валюты на импорт перчаток при наличии внутреннего производства. Другой член комиссии, Реза Джаббари, заявил, что цены на некоторые препараты на 200–300% выше их реальной стоимости.

Доступ к валюте становится главным коммерческим риском

Падение риала на свободном рынке не означает одинакового роста всех розничных цен. Масштаб переноса зависит от официальных валютных механизмов, запасов, внутреннего производства и ценового регулирования. Однако нагрузка становится заметнее, если импортер не получает льготную валюту или вынужден пополнять запасы, закупленные ранее по другому курсу.

По словам Эсхаки, системе здравоохранения ежегодно требуется $3,5 млрд. Он также утверждает, что находящиеся у доверенных посредников $100 млрд не были возвращены, причем $20 млрд контролирует один не названный им банк. В публикации не приводится независимого подтверждения этих сумм.

Для производителей и трейдеров важен поэтому не только рыночный курс, но и доступность валютных квот и сроки их получения. Задержки способны остановить закупки даже при устойчивом спросе. Для зависимых от импорта отраслей новые курсовые отметки означают более высокую вероятность роста стоимости замещения, ужесточения кредита поставщиков и частого пересмотра цен. Для местных производителей эффект неоднозначен: импортная готовая продукция дорожает, но одновременно растет цена оборудования, комплектующих и специализированного сырья в долларах или евро.