Передача ядерного дела Ирана в Совбез повышает риски для и без того ослабленного автопрома

Передача ядерного дела Ирана в Совет Безопасности пришлась на момент, когда автомобильный рынок страны уже работал в условиях сразу нескольких ограничений: дефицита валюты, инфляции, сбоев во внешней торговле, роста транспортных расходов и постоянных трудностей с закупкой комплектующих. Как сообщает иранское отраслевое издание «Асбе Бохар», усиление политического давления способно вывести проблемы производства и импорта автомобилей на новый уровень.

«Асбе Бохар» подчёркивает: сама передача дела не означает ни немедленного введения новых санкций, ни начала военного кризиса. Экономический сигнал уже, но он однозначен: уровень политического и торгового риска Ирана вырос. Для отрасли, которая и без того сталкивается с падением выпуска, нехваткой оборотных средств, валютными ограничениями и перебоями в поставках деталей, это плохая новость.

Главный канал давления — валюта

Издание называет валюту основным каналом, через который политическое давление доходит до автомобильного рынка. Дело не только в подорожании доллара: важнее то, что доступ к валюте усложняется, а сами валютные ресурсы становятся более ограниченными.

Если нефтяные доходы сократятся, а доступ к валютным источникам сузится, государству придётся расставлять приоритеты в её распределении. При всей своей экономической значимости автопром не может исходить из того, что всегда будет находиться в начале списка на выделение валюты, пишет «Асбе Бохар».

Локализация защищает лишь частично. Даже модели с высокой долей отечественных компонентов остаются связанными с внешней торговлей через:

• электронные компоненты;
• отдельные виды сырья;
• производственное оборудование и станки;
• специализированные детали.

Поэтому валютный кризис рано или поздно проявляется на заводе.

Первыми — сборочные площадки, за ними производители деталей

Крупные национальные автопроизводители зависят от прямого импорта меньше, чем сборочные предприятия, но и они не защищены полностью. Любой сбой в поставках деталей замедляет выпуск, увеличивает число некомплектных автомобилей и может привести к временной остановке линий. Новый шок приходит не в здоровую отрасль: выпуск падал и раньше, так что давление ложится на сектор, в котором уже есть трещины. Вероятный результат — рост себестоимости и сокращение предложения, а такая комбинация в итоге усиливает ценовое давление на рынке.

Сборочные компании, скорее всего, ощутят внешнее давление одними из первых. Зависимость от импортных наборов CKD, двигателей, коробок передач, электронного оборудования и других привозных узлов переносит валютные и торговые ограничения прямо на их производственные линии.

Широкие торговые связи с Китаем тоже не дают полной защиты, отмечает издание. Купить товар — одна задача, а провести платёж, оформить страховку и перевозку и найти контрагента, готового принять риск сделки, — совсем другая. В условиях санкций разрыв между «мы можем купить» и «мы можем ввезти» способен увеличиться.

Возможно, самым важным звеном этой цепочки являются производители автокомпонентов. Они одновременно сталкиваются с подорожанием сырья, ростом издержек, нехваткой оборотных средств и валютными проблемами. Если автозаводы к тому же задерживают оплату по своим обязательствам перед поставщиками, давление удваивается.

Цены в объявлениях вверх, реальный рынок вниз

Сегмент импортных автомобилей закономерно будет более чувствительным. Чем сильнее ограничены валютные ресурсы и чем выше риск внешней торговли, тем выше вероятность замедления импорта. Меньше импорта — уже предложение, а при высоких инфляционных ожиданиях сжатие предложения обычно выливается в рост цен. В таких условиях даже подержанные иностранные автомобили могут оттянуть на себя часть инвестиционного спроса как альтернативный актив.

«Асбе Бохар» предостерегает от вывода, что рост политического риска автоматически оживляет автомобильный рынок. В коротком горизонте инвестиционный спрос может вырасти, но при затяжном кризисе преобладающим станет снижение покупательной способности домохозяйств. Цены могут расти при падении числа сделок: заявленные цены и объявления идут вверх, тогда как реальный рынок уходит в более глубокий спад.

Поэтому эффект передачи ядерного дела нельзя рассматривать отдельно от остальных факторов давления — сокращения нефтяных доходов, ограничений морской торговли, роста расходов на перевозку и страхование, инфляции, валютных скачков и проблем с переводом денег. Если политическая напряжённость ослабнет, часть риска отступит. Если давление вырастет, считает издание, проблема перейдёт от простого подорожания автомобилей к кризису предложения, производства и поставок деталей, а главная опасность — падение покупательной способности и сужение реального рынка.