Град оставил более 5000 тонн бельгийских яблок без места на полках супермаркетов

Более 5000 тонн бельгийских яблок рискуют остаться нереализованными в этом сезоне: град оставил следы на кожуре плодов, и фрукты не проходят по внешним требованиям, которые супермаркеты предъявляют к свежей продукции. Об этом заявила бельгийская организация садоводов.

Повреждения носят исключительно поверхностный характер. Градины ударили по яблокам во время вегетации, и рубцы с пятнами остались заметны к уборке, однако на вкус, содержание сахара и лёжкость плодов это не повлияло. Затронут именно товарный сорт: розничные спецификации на свежие яблоки построены прежде всего на внешнем виде, и плод с дефектом кожуры выбывает из высшего класса независимо от своих вкусовых качеств.

Сорт определяет внешний вид

Свежие яблоки для сетевой розницы закупаются по узкому набору визуальных критериев: окраска, калибр, однородность партии и отсутствие дефектов кожуры. След от града — дефект необратимый: он зарубцовывается шероховатым оржавленным пятном и не устраняется ни сортировкой, ни мойкой, ни хранением. Сортировочные линии отбраковывают такие плоды, и как только яблоко опускается ниже класса, который берёт сеть, оно полностью выпадает из канала свежих продаж.

Град — риск крайне локальный. Одна грозовая ячейка способна обесценить урожай в пределах одной коммуны, тогда как сады в нескольких километрах остаются нетронутыми. Поэтому подобные потери концентрируются на ограниченном числе хозяйств, а не размазываются по отрасли, а защита от них — противоградовые сетки — требует капитальных вложений за годы до самого удара стихии.

Куда уходит отбракованный объём

Плоды, не прошедшие спецификацию для свежего рынка, не исчезают из баланса сезона, но уходят в каналы с куда более низкой ценой. Обычные направления сбыта:

• промышленная переработка — сок, концентрат, пюре, компоты;
• вторичные каналы свежих продаж: жёсткий дискаунт, продажа с хозяйства напрямую, продовольственная помощь;
• плоды, оставленные неубранными, когда уборка обходится дороже выручки от объёма.

Спрос со стороны переработки не безграничен и не щедр. Соковые и концентратные линии платят за массу и сахаристость, а не за внешний вид, и их цена составляет лишь часть того, что свежий рынок даёт за плод высшего класса. Для сада, сверставшего сезон под поставки в сети, переброска нескольких тысяч тонн в переработку выручку не восстанавливает.

Убыток ложится на садоводов

Экономика здесь безжалостна: затраты садового года понесены задолго до града. Обрезка, нормирование завязи, защита растений, оплата труда и работа упаковочного цеха уже оплачены к моменту сортировки. Цены переработки компенсируют лишь часть этих расходов, поэтому недобор выручки напрямую бьёт по марже хозяйств — в сезон, когда сам объём плодов был получен.

При этом 5000 тонн — слишком малая величина, чтобы развернуть рынок в пользу производителей: объём, снятый с полок супермаркетов, не настолько велик, чтобы подтянуть цены на яблоки, прошедшие отбор. Пострадавшие хозяйства не получают компенсации через более крепкий свежий рынок: град был локальным, а цена формируется на всю страну. В этом и состоит суть претензии организации садоводов — плоды отвечают всем требованиям к пищевой продукции и не проходят только по визуальному критерию. Разбивка пострадавшего объёма по сортам, регионам или доле в общем урожае яблок в Бельгии не публиковалась.