Европа достаёт угол из резерва: газ подорожал до 80 евро за МВт·ч

Одной серьёзной блокировки морского маршрута в Ормузском проливе хватило, чтобы цена газа в Европе подскочила до 80 евро за МВт·ч, а выработка электроэнергии из угля впервые за несколько лет стала рентабельнее газовой, сообщает farmer.pl. Вместо вывода блоков из эксплуатации Варшава и Берлин пересчитывают резервы: без угля система просто рассыплется.

Спреды развернулись

Какая станция в конкретную минуту подаёт ток в сеть, решают два показателя: clean dark spread — маржа угольной генерации с учётом стоимости CO2 — и clean spark spread, его аналог для газа. С началом конфликта на Ближнем Востоке эти кривые полностью разошлись: уголь ушёл в плюс, газ — в минус.

По последним оценкам ICIS, которые приводит farmer.pl, выработка электроэнергии из угля в Европе в ближайшие месяцы вырастет на 25%, а доля газа сократится ровно на столько же. Это не рыночная корректировка, а резкая вынужденная смена вектора в управлении энергетическими рисками — и приходится она на парк, который готовили к закрытию, а не к работе.

План отрасли, описанный farmer.pl, предельно конкретен: отобрать свыше десяти самых эффективных шахт и часть энергоблоков и сохранить их работу как стабилизатор сети на ближайшее десятилетие. С траекторией, которую отслеживают в Брюсселе, это стыкуется плохо: доля угля в ЕС упала с 30% в 2000 году до 9,2% в прошлом году.

Представители польского министерства государственных активов и системного оператора PSE формулируют позицию прямо. «К углю нужно подойти второй раз. В Польше есть запасы угля, которые ещё 10–15 лет можно добывать эффективно и с оптимальными издержками», — заявил замминистра государственных активов Гжегож Врона. Речь при этом не о строительстве новых шахт, а о превращении жёстких угольных блоков в железный буфер безопасности.

Балансировку держит Польша

• Фотовольтаика: 27,5 ГВт, или 35% установленной мощности польской системы
• Ветер: 11,4 ГВт
• Каменный и бурый уголь: суммарно свыше 30 ГВт, на них приходится около 60% фактически произведённой электроэнергии

Разрыв между установленной мощностью и реальной выработкой здесь и есть суть вопроса. Солнечная генерация — крупнейший блок мощности в системе, но в критические моменты выработку по-прежнему несёт уголь. Когда гаснет солнце и стихает ветер, ВИЭ не накормят ни заводы, ни домохозяйства.

Германия работает на пределе

К западу от польской границы ситуация ещё жёстче. Убрав из энергобаланса последние атомные станции в 2023 году, Германия полностью открыла фланг, и её угольный парк сегодня работает на пороге физических возможностей, отмечает farmer.pl. Европа попала в ловушку собственной последовательности: десятилетиями угольные блоки ликвидировали, снижая гибкость системы, и запаса под ценовой шок не осталось.

Поставки пересобрали без России

Топливную сторону уже перестраивали один раз. После эмбарго импорт угля из России в ЕС обвалился с 27 млн тонн до 250 тыс. тонн, цепочки поставок пришлось строить заново, и каменный уголь идёт в Европу с совершенно новых направлений.

Внутреннее предложение сосредоточено в одной точке. Польша производит 44 млн тонн каменного угля в год — 97% всей добычи в Евросоюзе — и вместе с Чехией остаётся последним добывающим плацдармом на континенте. Это означает, что дополнительные 25% угольной генерации придётся закрывать польскими шахтами и морскими поставками.

Уголь не стал топливом будущего. По материалам farmer.pl, он оказался единственным спасательным кругом, который защищает европейскую экономику от отключений и ценового разорения, а риск, который он покрывает, — это неспособность системы балансироваться в условиях ценового шока.